Ислам в «континентальной» Украине и сопредельных государствах СНГ: главные проблемы развития общин

Рассматривая вопросы развития ислама в европейской части СНГ, исследователи обращают внимание, главным образом, на принадлежащий Украине Крым. Это оправдано, в первую очередь, репатриацией коренного населения Крыма, начавшейся в 1989 году, а также значимостью процессов, происходящих на полуострове (например, в контексте отношений между Россией и Украиной). В этой статье мы рассмотрим достижения мусульманских общин в несколько других территориальных пределах – в частности, в «континентальной» Украине (т.е. всех областях, кроме Крымской Автономии), Беларуси и Молдове.


Ислам в «континентальной» Украине
До конца 80-х годов прошлого века ислам в Украине был полностью подпольным явлением. После репрессивных мер 30-х годов, а также депортации крымских татар, мусульманские общины формально прекратили свое существование. Небольшие собрания функционировали только в больших городах (главным образом, Восточной Украины), проводя молитвенные и другие ритуалы в частных домах. Лишь в связи с провозглашением Независимости в 1991 году мусульмане Украины снова получили определенную свободу для религиозной активности, хотя активные процессы возрождения начались еще в конце 80-х годов. За двадцать последующих лет была создана широкая сеть исламских общин, открыты сотни мечетей, школ, начала издаваться религиозная литература, реализуются многие другие проекты, в том числе и международного уровня[1].
Впрочем, довольно часто в научных исследованиях украинская мусульманская община рассматривается как унитарное явление, регионального (крымского, восточноукраинского) или всеукраинского масштаба. Согласно данным Государственного комитета Украины по делам национальностей и религий, в 2011 году в Украине насчитывалось 1193 зарегистрированных и незарегистрированных мусульманских религиозных общин (из них более двухсот зарегистрированы за пределами Крыма)[2]. Как отмечают эксперты, несмотря на отсутствие достоверных данных о количестве мусульман в Украине, вполне вероятным минимумом являются цифры в пределах 300 – 500 тыс. верующих (из которых более 200 тысяч составляют крымские татары, а еще несколько десятков тысяч – волжские татары, проживающие с конца ХІХ века на Донбассе). Впрочем, это число включает только верующих, имеющих украинское гражданство или уже длительное время проживающих в Украине. Нет объективных данных о количестве мигрантов из мусульманских стран, вследствие чего оценка максимальной численности верующих действительно крайне проблематична. Цифры в 1-2 млн., которые приводятся в некоторых источниках, не подтверждены никакими конкретными исследованиями, а поэтому остаются  лишь гипотетическими[3].
Учитывая тот факт, что в суннитском исламе, который доминирует на территории Украины, исторически не сформировалось административной системы управления, похожей на католическую или православную церковь в христианстве, вполне естественным является то, что отечественные мусульмане сплочены вокруг многих религиозных центров. Еще со времен Российской империи, когда в 1831 году было создано «Таврическое духовное магометанское правление», мусульмане на территории Украины и СНГ унаследовали специфическую форму административного устройства, во главе которой находится муфтий, избранный представителями местных общин на определенный срок. Таким образом, уже в 1990-х годах, после репатриации крымских татар, было образовано Духовное управление мусульман Крыма (1991 г.). Позже появились другие структуры, наиболее крупным из которых можно считать Духовное управление мусульман Украины (ДУМУ) с центром в Киеве (1992 г.). Возглавляемое ливанским шейхом Ахмедом Тамимом, ДУМУ позиционирует себя как центральное представительство мусульман Украины, поддерживая тесные связи с представителями местной власти, а также религиозными организациями и дипломатическими миссиями арабских государств. Активно продвигаются проекты по развитию мусульманских общин в других областях Украины. Учитывая и географическую позицию, и довольно успешную политику в отношении актуальных вопросов (пропаганда религиозной толерантности, участие в диалоге с представителями других религий), ДУМУ приобрело статус весьма влиятельного сообщества. Так, в 2010 году при поддержке ДУМУ был создан филиал в Крыму («Духовный Центр Мусульман Крыма»), что привело к латентному конфликту между ДУМУ и Духовным Управлением Мусульман Крыма. Следует также отметить, что в научных и религиозных публикациях ДУМУ часто обвиняется в так называемом «хабашизме» (один из суфийских вариантов суннитского ислама, развитый в трудах Абдаллаха аль-Харрари (1910 – 2008))[4]. Несмотря на определенную тенденциозность этого термина, следует отметить, что в публикациях ДУМУ (газете «Минарет», других изданиях) наследие аль-Харрари действительно играет весьма важную, а порой и определяющую роль.
В 1994 был образован Духовный центр мусульман Украины (ДЦМУ) с центром в Донецке (1994 г.), активную роль в создании которого сыграл Рашид Брагин. Сегодня Центром руководит Муфтий Руслан Абдикеев. По состоянию на 2011 год, в состав ДЦМУ входит 21 община, главным образом в Луганской, Донецкой и Харьковской областях. Под эгидой ДЦМУ было проведено два весьма примечательных для независимой Украины мусульманских проекта – создание Партии Мусульман Украины, существовавшей с 1997 по 2005 год, а также Киевского Исламского Университета, готовившего имамов-хатыбов с 1999 по 2001 год. ДЦМУ сыграл важную роль в институционном развитии ислама на востоке Украины, в частности, в среде волжских татар[5].
В 2007 года в Киеве представители татарской общины зарегистрировали организацию с названием «Киевский муфтият», которую возглавил известный культурный деятель Канафия Мисбахетдинович Хуснутдинов. Представляя, главным образом, поволжских татар, «Киевский муфтият» быстро занял значимое место среди других мусульманских организаций Украины. Так, началось издание журнала «Украина и исламский мир», где, помимо собственно религиозных публикаций, издаются научные статьи, посвященные различным проблемам ислама в Украине. Налажено сотрудничество и с мусульманскими организациями других стран СНГ.
Десятью годами ранее, в 1997 году, была создана Всеукраинская ассоциация общественных организаций «Альраид», в состав которой входит около десятка местных общин по всей территории Украины. В отличие от вышеупомянутых духовных управлений, «Альраид» зарегистрирована как «общественная», а не «религиозная» организация. Впрочем, это не препятствует активной деятельности – изданию газеты (также «Альраид») и различной религиозной литературы, созданию воскресных исламских школ, проведению различных благотворительных акций. Актив «Альраида» прежде всего состоит из представителей арабской диаспоры в Украине, а также «новых мусульман», то есть прозелитов из числа украинцев, русских и других славянских народов. В 2008 году, при активном участии «Арраида», было создано Духовное Управление Мусульман Украины «Умма», возглавляемое муфтием Саидом Исмагиловым. За несколько лет работы «Умма» зарекомендовала себя как проукраински ориентированная организация, использующая, в отличие от многих других духовных управлений, украинский язык как главный рабочий (на украинском языке выходит и официальная газета «Умма»). В 2010 году, вместе с «Киевским муфтиятом» и Духовным Управлением Мусульман Крыма, ДУМУ «Умма» обратилось с открытым письмом к Президенту Украины, предлагая признать мнение представителей этих трех общин как отображающие интересы всего мусульманского сообщества Украины[6]. Следует также отметить деятельность Совета духовных управлений мусульман Украины, действующий с 2009 года и включающий в себя ДУМ Крыма, ДУМУ «Умма» и «Киевский Муфтият». В частности, Совет показал свою эффективность при распределении квот, выделяемых украинским мусульман Министерством хадджа Королевства Саудовская Аравия.
Начиная с 2000-х годов, в Крыму и других частях Украины начали появляться мусульманские объединения, связанные, среди прочего, с деятельностью «Исламской партии освобождения» (Хизб ат-Тахрир аль-Ислями), социально активным мусульманским традиционализмом (салафийя) и шиизмом (центр «Бейт аз-Загра» в Луганске). На сегодняшний день автономные мусульманские общины функционируют  практически в каждом крупном украинском городе[7]. Наиболее известные – «Аль-Ихляс» (Киев), возглавляемая шейхом Шакиром Яхьяевым, а также община «Прямой путь» (Одесса).
После Второй мировой войны в Украине не существовало ни одного мусульманского учебного заведения. Как показывают отдельные исследования, в немногочисленных мусульманских общинах Украины трансляция религиозного знания имела характер подпольной работы[8]. Впрочем, в начале 90-х годов ситуация начала меняться. Благодаря усилиям мусульманских организаций и иностранных благотворительных фондов, стали открываться мусульманские учебные заведения. Так, в частности, в Донецке в течение нескольких лет действовал Украинский исламский университет, который, согласно сообщениям, прекратил свое существование в силу административных споров. Планируется открытие еще одного учебного заведения на базе «Киевского муфтията». Отдельный университет функционирует при Духовном Управлении Мусульман Украины, который, согласно сообщениям прессы, имеет тесное сотрудничество с университетом «Аль-Азхар». Исследователи отмечают, что, не имея специальных учебных помещений, университет состоит из одного факультета («факультет шариата и основ религии»), а учебная программа построена на основе доктринальных текстов уже упомянутой «Исламской ассоциации благотворительных проектов». Исходя из имеющихся данных, указанные учебные заведения скорее имеют характер школ выходного дня при мечетях, призванных обеспечить минимум религиозных знаний[9]. Немало украинских мусульман (как из среды крымских татар, так и других этносов) ежегодно поступают в зарубежные мусульманские университеты (учебные заведения Турции, Ливана, Сирии, Саудовской Аравии, Египта).
Несмотря на значительные усилия мусульманских общин в направлении формирования позитивного имиджа ислама (проведение конференций, издание литературы, выступления в СМИ), серьезную угрозу представляет исламофобия. Согласно данным последнего социологического исследования, лишь 15 процентов населения Украины воспринимают ислам позитивно; приблизительно такое же количество высказало негативную оценку, а оставшееся большинство респондентов заявило, что имеет «нейтральную» позицию по отношению к исламу либо вообще об этом не задумывалось[10]. Несмотря на, казалось бы, невысокий процент собственно «противников» ислама, последние события демонстрируют весьма негативную тенденцию к использованию «исламского вопроса» в локальной политике. Так, в 2011 году, вследствие протестов, организованных некоторыми политическими силами, было отказано в выделении участков земли под строительство мечетей в городах Белая Церковь (Киевская область) и Хмельницкий. Существует и немало других проблем, время от времени мусульмане сталкиваются с актами вандализма и нетерпимости. Представляется, что украинская власть прилагает свои усилия не во всех направлениях предупреждения религиозной нетерпимости и, несмотря на определенные достижения, предстоит еще много работы. Необходимо более тесное сотрудничество с мусульманскими организациями (на паритетной основе, а не с некими «избранными»), усиление поддержки собственно мусульманского образования, поддержка диалога между мусульманами и представителями других вероисповеданий[11].
Ислам в Беларуси
В отличие от Украины, численность мусульман в Беларуси намного скромнее. По официальным данным, общее количество последователей ислама не превышает 35 тысяч человек[12]. Зарегистрировано около 30 общин по всей Беларуси (в Минске – 3, две суннитских и одна шиитская)[13], входящих в Мусульманское религиозное объединение Беларуси, Духовное управление мусульман в Республике Беларусь и ряд других организаций. В интервью, данном в 2010 году, муфтий Духовного управления мусульман в Республике Беларусь отметил, что количество этнических татар составляет около 9000 человек, в то время как численность остальных последователей ислама остается неизвестной[14]. Вследствие того, что татары были первым этносом, создавшим мусульманское сообщество на территории Беларуси еще в XIV веке, именно этот этнос играет роль «цементирующего» в современном белорусском исламе. Вследствие того, что белорусское законодательство разрешает заниматься религиозной деятельностью только гражданам Беларуси, татарское население в определенной степени получило приоритет, поскольку, в отличие от иммигрантов, является коренным.
За прошедшие со времен распада Союза годы в Беларуси была возрождена деятельность многих мечетей. Строятся и новые – в частности, соборная мечеть в Минске (как известно, исторический комплекс минской мечети, открытой в 1902 году, был уничтожен в 60-х годах прошлого века). Как отметил муфтий Духовного управления мусульман в Республике Беларусь Али Воронович, белорусская власть не препятствует строительству мечетей, поэтому главный вопрос носит чисто финансовый характер. Однако обращения к представителям местной властью за материальным содействием пока ни к чему не привели, и это в то время, когда, например, более 150 православных храмов строятся именно с помощью государства[15]. Как отмечают некоторые источники, строительство мечети тормозится и в силу внутренних противоречий в мусульманских объединениях.
На повестке дня мусульман Беларуси стоит и вопрос о развитии образования, в частности, подготовки новых кадров. В этом отношении, судя по существующим данным, предстоит еще много работы. То же самое относится и к издательской деятельности. Так, до сих пор нет полного перевода смыслов Корана на белорусский язык (отдельные суры, печатавшиеся под редакцией Я. А Якубовского и И. Б. Канапацкого в журнале «Байрам», были переводами с русского, не арабского)[16], появление которого во многом способствовало бы укреплению образа ислама как собственно одной из традиционных белорусских религий. Существует и ряд противоречий между собственно татарской этнокультурной интерпретацией ислама, а также идеологическими течениями, представляемыми, например, диаспорами из арабских стран. Несмотря на это, ислам прочно утвердился в религиозной среде Беларуси.
Ислам в Молдове
Несмотря на малочисленность исламской общины (около 2 тыс. по официальным данным и 17 тысяч по данным Исламской лиги Молдовы)[17], процессы, происходящие в Молдове, существенно отличаются от других стран СНГ. Так, на протяжении более чем десяти лет различным мусульманским общинам отказывали в регистрации. Духовное управление мусульман Молдовы, возглавляемое Талгатом Машаевым, вело длительную юридическую борьбу за регистрацию, однако наталкивалось на постоянные отказы под предлогом «неправильно оформленных документов» либо «отсутствия мусульманских общин в республике». В 2002 году МВД Молдовы показал «встревоженность» по поводу мусульманских организаций, «главная задача которых состоит в пропаганде исламской культуры и религии»[18]. Международные институции, в частности, ОБСЕ, а также Госдепартамент США неоднократно высказывали замечания по поводу соблюдения прав мусульман в Молдове. Лишь в 2009 – 2010 годах стал появляться определенный прогресс, когда власть перестала препятствовать деятельности незарегистрированных мусульманских общин[19]. Наконец, 14 марта 2011 г. Министерством юстиции Республики Молдова была зарегистрирована Исламская лига Республики Молдова (ИЛРМ), возглавляемая муфтием Сергеем Сокиркой – этническим молдаванином. В торжествах по этому случаю приняли участие представители зарубежных общин – муфтий Духовного управления мусульман Украины «Умма» Саид Исмагилов, посол Соединенных Штатов Америки Асиф Чадре, муфтий г. Констанца (Румыния) Баре Нердин, дипломаты из мусульманских стран, представители ООН[20]. Участие украинских мусульман в разрешении проблем молдавских единоверцев можно считать весьма позитивным фактором, поскольку именно от своих украинских собратьев мусульмане Молдовы могут перенять опыт институционного развития, противодействия исламофобским действиям, развития межрелигиозного диалога.
Следует, впрочем, отметить, что легализации ислама в Молдове активно препятствовала Православная Церковь Молдовы, подчиненная Московскому Патриархату. В частности, епископа Бельцкий и Фалештский Маркелл заявил следующее: «Я считаю, что представители Исламской лиги чужие люди на нашей земле… мы должны настаивать на пересмотре решения о присвоении исламской религии законного статуса»[21]. Православное сообщество (не без участия некоторых политических сил) организовало и ряд протестных действий. Впрочем, эта позиция вызвала несогласие у многих деятелей Русской Православной Церкви, в частности, известного проповедника, протодиакона Андрея Кураева[22].
Определенный процент молдовских мусульман – это буджакские татары, заселявшие Бессарабию еще с ХVIвека. Впрочем, большинство буджакских татар проживает за пределами Молдовы, в частности, в Румынии. Существуют также диаспоры из стран бывшего Союза (узбеки, азербайджанцы), а также выходцы из арабских стран. В последние годы появились и группы «новых мусульман», принимающие активное участие в распространении ислама. Незначительное количество мусульман, по некоторым данным, проживает и в Приднестровье.
Выводы
Анализируя состояние мусульманских общин в Украине, а также сопредельных государствах Содружества, следует выделить несколько тенденций.
Во-первых, за прошедшие 20 лет произошло качественное оформление ислама в системе институционального развития. Фактически функционируют три принципа развития мусульманских религиозных объединений – централизированные духовные управления, объединения общественного характера и, наконец, автономные общины. В некоторой степени это препятствует монополизации духовной жизни мусульман, однако в то же время способствует дроблению и появлению напряженности в отношениях между различными институциями.
Во-вторых, сильное влияние сохраняет этнический фактор (например, татарская культура), часто играющий цементирующую роль. Впрочем, постоянно растет активность новых мусульманских диаспор (в частности, выходцев из арабских стран), вследствие чего нарастаю противоречия в вопросах применения тех или иных религиозных норм в условиях светского государства. И хотя именно татарская культура продолжает играть роль своеобразного моста между исламом и, например, славянским окружением, с каждым годом эта роль становиться все более незаметной. Фактически в условиях современности уже сложно говорить о некоем устоявшемся «традиционном» и «нетрадиционном» исламе, поскольку последний уже довольно глубоко вошел в религиозную среду.
В-третьих, определенные проблемы у последователей ислама возникают и вследствие исламофобских действий некоторых конфессий, политических партий и даже представителей официальных властей. Показательным примером может быть длительный и сложный процесс легализации ислама в Молдове, а также недавние события вокруг строительства новых мечетей в Украине. Представляется, что власть могла бы более серьезно подойти к этой проблеме, отойдя от практики поддержки исключительно одной религиозной организации.
На наш взгляд, несмотря на значительные успехи, существует еще одна значимая проблема – отсутствие во всех трех упомянутых государствах учреждений высшего религиозного образования, то есть собственно мусульманских университетов. Сеть начальных школ (медресе) не способствует серьезной подготовке кадров, а отправиться на обучение за границу могут далеко не все желающие. Подготовка кадров на местах способствовала б лучшему пониманию ситуации будущими имамами и главами религиозных общин, способствуя поднятию общего интеллектуального уровня мусульманской общественности. В конечном итоге, это позволило бы адекватнее реагировать на вызовы современности, отстаивать свои права, и, главное, сохранять верность всем требованиям религиозной традиции.

[1]Yakubovych, Mykhaylo, Islam and Muslims in Contemporary Ukraine: Common Backgrounds, Different Images //  Religion, State and Society. – 2010. – No. 3. – P. 293-294.
[2] Релігійні організації в Україні (станом на 1 січня 2011 року), http://risu.org.ua/ua/index/resourses/statistics/ukr2011.
[3] Якубович, М., Adfontes: ідеологічний ресурс українського ісламу // Ісламські процеси у світі та в Україні: реалії та прогнози, ред. А. В. Арістова. – К.: УАР, 2011. – С. 160.
[4] Богомолов А. В., Данилов С., Семиволос И., Яворская Г. Исламская идентичность в Украине. – К.: Стилос, 2006. – С. 39.
[5] 160.     Литвинова Е. Исламские организации в Украине, http://www.ia-centr.ru/archive/public_details5717. html?id=257.
[6] Открытое письмо Президенту Украины // Украина и исламский мир. – 2010. – No. 4. – C. 3.
[7] Колодний А.М. Іслам в його українському контексті: актуальність і проблеми дослідження // Українське релігієзнавство. – К., 2004. – № 3-4 (31-32). – С. 5-10.
[8]Bogomolov, A. Islamic Knowledge in Ukraine // ISIM Newsletter. – 2004. – P. 20-21.
[9] Богомолов А., Данилов С., Семиволос И., Яворская Г. Исламская идентичность в Украине. – К.: Стилос, 2006. – С. 72-91.
[10] Релігія і влада в Україні: прблеми взаємовідносин. – К.: Центр Разумкова,2011. – с. 50.
[11] Галенко О. І. Тягар стереотипів // Проблеми інтеграції кримських репатріантів в українське суспільство : матеріали Всеукр. наук.-практ. конф. (м. Київ, 13 – 14 травня 2004 р.) – К. : Світогляд, 2004. – С. 81 – 101.
[12] Сяржук Б. Пан Бог, і Мухамад – Пасол Божы. Семь столетий Ислама в Беларуси, http://www.belarusin.net/index.php?option=com_content&view=article&id=226:2009-12-11-08-28-03&catid=66:2009-06-25-19-10-16&Itemid=167.
[13] Сводный перечень зарегистрированных религиозных общин в г. Минске на 01.06.2011, http://minsk.gov.by/ru/org/8671/attach/8236f95/.
[14] Существует ли исламская угроза в Беларуси, http://www.islam.by/at/?id=34.
[15] Семь лет мусульмане ждут мечеть в Минске, http://ex-press.by/article.php?id=10849.
[16] Кур’ан / Байрам. Татары на зямлi Беларусi. – 1998. – No. 4. – C. 6-12.
[17]Moldovans Rally To Protest Formal Recognition Of Islam, http://www.rferl.org/content/moldovans_rally_against_recognition_of_islam/24179150.html.
[18] МВД Молдавии встревожено усилением исламской пропаганды в республике, http://ria.ru/society/20020919/228062.html.
[19]International Religious Freedom Report 2010, http://www.state.gov/g/drl/rls/irf/2010/148963.htm.
[20] Муфтий ДУМУ «Умма» поздравил новоизбранного лидера мусульман Молдовы, http://islam.in.ua/3/rus/full_news/9313/visibletype/1/index.html.
[21] Епископ Маркелл в телеэфире: «Представители Исламской лиги — самые чужие люди в нашей стране», http://esp.md/2011/05/19/episkop-markell-v-teleefire-predstaviteli-islamskoj-ligi-samye-chuzhie-lyudi-v-nashej-strane-video.
[22] Протодиакон Андрей Кураев критикует епископа Бельцкого и Фалештского Маркелла за призыв протестовать против исламизации Молдовы, http://www.maranatha.org.ua/cnews/r/83260.

Михаил Якубович, кандидат исторических наук, научный сотрудник Национального университета «Острожская академия» (Острог, Украина)

Джерело: Ислам в СНГ http://www.islamsng.com/ukr/tradition/3916